learnoff

Categories:

Марио Варгас Льоса: «Я писатель, а не политик, и мое призвание — быть писателем!»

К 85-летию всемирно известного перуанского писателя Марио Варгаса Льосы

Mario Vargas Llosa © Quim Llenas
Mario Vargas Llosa © Quim Llenas

Страсть к политике у перуанца Марио Варгаса Льосы, лауреата Нобелевской премии по литературе, осталась неизменной. И даже в 85 лет его способность живо реагировать на текущие и прошлые политические и общественные события не угасла. Публикуем фрагменты интервью писателя, которое он дал после выхода последнего романа «Тяжелые времена» (2019), а также рассказываем о секретах его мастерства (переводы Learnoff). 

Эта приверженность к политике стимулировала Варгаса Льосу на протяжении всей его жизни и регулярно отражается на его работе. Более 50 лет назад в «Разговоре в „Соборе“» он свел счеты с правой диктатурой генерала Мануэля Одриа в его родной стране, Перу. А 20 лет назад в «Празднике козла» он сверг диктаторский режим Рафаэля Леонидаса Трухильо в пылающей Доминиканской Республике.

«Впрочем, у меня нет призвания к политике, — говорит Варгас Льоса, наблюдая за происходящим в мире из своей резиденции в Испании. «Я пишу о политике, потому что считаю своим долгом находить решения самых сложных проблем».

Экспресс-биография

Марио Варгас Льоса, 1961
Марио Варгас Льоса, 1961
Родился 28 марта 1936 года в семье среднего достатка в Арекипе (Перу).

Научился читать в 8 лет в школе Ла Саль в Кочабамбе (Боливия). В 10 лет начал писать стихи.

В 1952 году оставил военное училище и пошел учиться в среднюю школу в Пьюре (Перу). Там поставил свою первую пьесу, работал репортером в газете.

Изучал литературу и право в университете Сан-Маркос в Лиме.

Сначала сочувствовал коммунистам, но затем стал сторонником либерализма.

Жил в Париже с 1959 по 1966 год, работал учителем испанского языка и журналистом. Как он сам вспоминает об этом: «В Париже я вырос, повзрослел, сделал ошибки и исправил их, спотыкался, вставал и учился ходить заново. Мои семь парижских лет были самыми решающими в моей жизни. Здесь я стал писателем, и здесь я был счастлив или менее несчастен, чем где-либо еще».

В 1965 году вернулся в Лиму, чтобы развестись с первой женой Джулией Уркиди, женился на кузине Патрисии Льоса. «Когда я жил в Париже, Патрисия училась в Сорбонне, и тогда между нами возникла платоническая любовь...».
Варгас Льоса с женой Патрисией, 1969
Варгас Льоса с женой Патрисией, 1969

В 1990 году баллотировался на пост президента Перу.

В 2015 году оставил семью ради Изабель Прейслер, бывшей жены Хулио Иглесиаса и матери Энрике Иглесиаса.

Пишет романы, повести, пьесы, статьи, ведет колонки в прессе и т. д.

Самые известные произведения: «Щенки», «Разговор в „Соборе“», «Капитан Панталеон и рота добрых услуг», «Тетушка Хулия и писака», «Война конца света», «Похвальное слово мачехе
», «Литума в Андах», «Тетради дона Ригоберто», «Праздник козла».

Удостоен сотен престижных международных наград и премий, среди которых: Premio Principe de Asturias (1986), Premio Planeta (1993), Premio Cervantes (1994), Нобелевская премия по литературе (2010). 

Тяжелые времена

Представители латиноамериканского бума с супругами. Слева направо: Марио Варгас Льоса, его жена Патрисия, Мерседес, Хосе Доносо, его жена Мария Пилар Серрано, Габриэль Гарсиа Маркес. Барселона, начало 1970-х гг.
Представители латиноамериканского бума с супругами. Слева направо: Марио Варгас Льоса, его жена Патрисия, Мерседес, Хосе Доносо, его жена Мария Пилар Серрано, Габриэль Гарсиа Маркес. Барселона, начало 1970-х гг.

Последний роман Варгаса Льосы — «Тяжелые времена» (2019) — посвящен военному перевороту и свержению прогрессиста Хакобо Арбенса в 1954 году. Писатель до сих пор помнит эту революцию:

Я учился в университете, когда правительство Арбенса пришло к власти в Гватемале. Мы, молодые перуанцы, особенно интересовались тем, что там происходило. Это был первый демократически избранный режим в Латинской Америке, готовый реформировать страну с одобрения парламента. Эти реформы были важны для страны, которая все еще жила в средневековье.

Военные утверждали, что их контроль над страной был необходим, потому что при Арбенсе Гватемала стала бы страной-сателлитом Советского Союза. Но мы не думали, что реформы бросят страну в объятия коммунизма. К тому же из документов правительства США стало ясно, что Арбенс никоим образом не собирался устанавливать коммунистический режим. Это была просто подстава от землевладельцев и американского бананового гиганта United Fruit Company (предшественника Chiquita Brands International — прим.), у которой была  монополия в Центральной Америке и на прилегающих островах, и которая опасалась потерять свои привилегии. 

На самом деле Арбенс был весьма проамериканским политиком. У него была одна цель: взять США за образец и сделать свою страну демократическим государством, где все компании будут платить налоги. Для United Fruit это была революционная идея. Из-за своих тесных связей с диктаторами Латинской Америки фермер, выращивающий бананы, никогда не платил никаких налогов. Ни цента!

Марио Варгас Льоса, 1970-е
Марио Варгас Льоса, 1970-е

— В своей книге вы утверждаете, что американский интервенционизм получил контрпродуктивный эффект в Гватемале. Их вмешательство замедлило процесс демократизации на континенте и разожгло антиамериканизм в регионе.

Государственный переворот действительно имел огромные последствия по всей Латинской Америке. Этим путчем американцы подтолкнули многих молодых людей в регионе к крайне левым. Мы больше не верили, что можно осуществить далеко идущие реформы и добиться процветания демократическим путем. На наш взгляд, это стало возможным только благодаря революции, как на Кубе. Знаете ли вы, что Че Гевара находился в Гватемале в 1954 году, во время переворота? Затем он убедил лидеров кубинской революции, что есть только один способ добиться успеха: уничтожить существующую армию и присоединиться к Советскому Союзу. Без переворота в Гватемале кубинская революция никогда бы не стала такой радикальной и коммунистической. Первая программа Фиделя Кастро была ближе к социал-демократии.

Художественный вымысел vs фейки

Марио Варгас Льоса, 1980-е
Марио Варгас Льоса, 1980-е

В книге вы смешиваете историю и художественную литературу. Что самое важное?

Давайте проясним: «Тяжелые времена» (2019) — это роман. А у меня, как вы знаете, есть привычка смешивать в своих романах исторические факты и вымысел. В данном случае я отнесся с искренним уважением к историческим фактам, связанным с документами Министерства иностранных дел США. Я подключал воображение только для вещей, которые не имеют ничего общего с реальными фактами.

В ХХ веке американский интервенционизм в Латинской Америке не ограничивался Гватемалой...

Мы не должны забывать, что в те времена набирала обороты холодная война. Соединенные Штаты и Советский Союз вели ожесточенную борьбу за власть и влияние. В случае с Гватемалой американский банановый гигант United Fruit воспользовался этим соперничеством для распространения ложной информации об Арбенсе. Ложь о коммунистических связях Арбенса распространялась в Соединенных Штатах посредством The New York Times, The Washington Post и The New Yorker. Все они публиковали истории о проникновении Советов в Гватемалу. Вероятно, это был первый случай, когда фейковые новости сыграли важную роль в политике задолго до того, как этому явлению было придумано название.

Марио Варгас Льоса, 1980-е
Марио Варгас Льоса, 1980-е

— Латинская Америка все еще страдает от комплекса «банановой республики»?

Я больше не вижу этой угрозы. Сегодня Штаты более уважительно относятся к Латинской Америке и даже заинтересованы в развитии региона с экономической точки зрения. Времена изменились.

— В современном обществе фейки повсюду. На ваш взгляд, представляет ли это явление наибольшую угрозу демократии?

Фейки, безусловно, опасны. Они могут нанести непоправимый вред политической реальности. Особенно в странах, где нет возможности бороться с ними самостоятельно, и где СМИ и журналисты находятся под влиянием государства или иных сил. На Западе тоже ощущается нехватка независимых изданий, а у хороших журналистов часто нет средств раскрыть всю механику процессов. Западу нужно больше способов блокировки фейковых новостей. В противном случае фейки окажут разрушительное влияние на политику. С помощью фейков люди могут свергнуть любое правительство. Вот почему это явление представляет собой серьезный вызов для демократических стран.

Писатель, а не политик

Марио Варгас Льоса во время предвыборной кампании на пост президента Перу, 1990
Марио Варгас Льоса во время предвыборной кампании на пост президента Перу, 1990

— В ваших книгах часто говорится о коррупции, политических интригах и переворотах. В 1990 году вы даже попытали счастья на выборах президента Перу. Политика — неотъемлемая часть вашей профессии как писателя?

Точно нет. Мое призвание — быть писателем! Я пишу о политике, потому что считаю своим долгом находить решения проблем. Но у меня нет политических амбиций. Я действительно был кандидатом на президентских выборах в Перу, но это произошло случайно. Я выдвинул свою кандидатуру из-за давления со стороны окружающих, но это не имеет отношения к моему настоящему призванию. Поэтому я испытал облегчение, когда перуанский народ выбрал другого кандидата (Альберто Фухимори — прим.). Но я думаю, это было фантастическим опытом. 

Вы пишете о политике, чтобы предупредить читателей об определенных явлениях или событиях? Или хотите их перевоспитать?

Я надеюсь, что мои книги и мои статьи помогут людям лучше понять тяжелые времена, которые переживает Латинская Америка. Но я пишу не для достижения политических целей. Нисколько. Я просто люблю литературу. Я восхищаюсь великими писателями, а не политиками. Желаю, чтобы люди запомнили меня как писателя, а не как политика!

Супер-Марио на все времена

Марио Варгас Льоса получает Нобелевскую премию по литературе, 2010
Марио Варгас Льоса получает Нобелевскую премию по литературе, 2010

— Вы в любом случае стали всемирно известным писателем. В 2010 году вы получили самую высокую награду, о которой только может мечтать любой писатель — Нобелевскую премию по литературе.

Этот приз стал большим сюрпризом (смеется). Я этого совершенно не ожидал. А вы в курсе, что такого особенного в Нобелевской премии по литературе? Как только церемония награждения заканчивается, люди начинают думать о вас как о статуе, о мертвом писателе, хотя вы все еще здесь. Вот почему я десять лет кряду пытаюсь доказать, что я все еще жив, что я не забронзовел. Надеюсь, мои читатели видят меня живым.

Марио Варгас Льоса, 2010
Марио Варгас Льоса, 2010

— За годы работы вы попробовали свои силы во многих стилях и жанрах. Назовите любимый.

Драматургия! Я предпочитаю писать пьесы, а не романы. Но когда я начал писать, театр в Перу был недостаточно развит. Было более чем вероятным, что мои пьесы никогда не будут поставлены. Так я начал писать романы.

— Ваши любимые авторы?

Их масса. В молодости я «пожирал» Карла Мая, а не Карла Маркса. Я восхищаюсь Львом Толстым и его романом «Война и мир». Читаю и перечитываю бесконечно. То же в отношении «Дон Кихота» Сервантеса. Из более современных авторов — «Удел человеческий» Андре Мальро. Эта книга не ценится по достоинству из-за политической позиции Мальро, который был очень близок к Шарлю де Голлю. Это несправедливо, потому что я считаю этот роман прекрасным. Пожалуй, одна из лучших книг прошлого века. Недавно я написал эссе о Хорхе Луисе Борхесе... Я очень его уважаю, хотя мы очень разные. Он создал своего рода фантастическую вселенную, а я довольно реалистичен.

Секреты мастерства Марио Варгаса Льосы

Марио Варгас Льоса в своем доме в Мадриде © Кристофер Андерсон, 2017
Марио Варгас Льоса в своем доме в Мадриде © Кристофер Андерсон, 2017

«Я пишу каждый день. Мой ум всегда активен, и мне нужна эта непрерывность, иначе я бы не дописал ни одной книги. У меня дар только писать, в остальном я бездарен. Опубликовал почти 50 книг, 19 романов, остальное — пьесы, эссе, сборники статей. Литературная работа — это моя жизнь. Мне это нравится, даже если иногда это сложно. Могу читать на пяти языках, но пишу всегда по-испански».

«Я не люблю писать роман за романом. Я опубликовал роман восемь месяцев назад, поэтому сейчас пишу эссе о либерализме и культуре».

«Я всегда работаю. Я никогда не останавливаюсь, даже когда путешествую. Пишу по утрам. Лучшее время для меня — утренние часы, а послеобеденные часы я провожу за исследованием окрестностей и изучением источников. Пишу от руки. Мне нравится движение карандаша по бумаге; ритм руки — это ритм ума. Сложнее всего получить первый черновик, но дорабатывать его потом только в радость».

«Я много переписываю и мне это нравится. Первый набросок всегда очень сложный, очень неопределенный. Затем я по многу часов переписываю всё от руки. Даже статьи для газет и журналов я пишу от руки. Карандашом. Не ручкой. Переписывать — одно удовольствие, и я могу заниматься этим бесконечно. Но переписываю всегда с машинописного текста».

«Мне не нравится читать с экрана. Мне нравится запах бумаги. Не думаю, что романы Фолкнера или Толстого — подходящий материал для электронных книг. Экран — это поле для информации, но не для литературы». 


Источники:

https://www.lecho.be/culture/litterature/mario-vargas-llosa-je-n-ecris-pas-dans-un-but-politique/10254073.html

https://opinion.inquirer.net/134817/mario-vargas-llosa-on-writing-and-hippos

https://www.lokalkompass.de/wattenscheid/c-kultur/zwischen-exotik-und-realismus_a1545776

https://veja.abril.com.br/paginas-amarelas/mario-vargas-llosa-a-pandemia-vai-nos-tornar-menos-arrogantes/

http://wikimexico.com/articulo/mario-vargas-llosa


Learnoff в: Одноклассниках, ВКонтакте, Instagram, Telegram, ЯндексДзен, Наш сайт

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic