learnoff

Categories:

ТОП-10 стихотворений Александра Блока из школьной программы

К 140-летию со дня рождения великого русского поэта

По самым скромным подсчетам, за 10 лет школьники учат до 40 стихотворений Александра Блока. Почти столько же, сколько Пушкина (около 50). Но наш пост не о том, кто из классиков «круче». Наш пост — очень скромная дань памяти русскому поэту. Стихи представлены  в хронологическом порядке. 

1. Вхожу я в темные храмы…

Любовь Менделеева в роли Офелии и Александр Блок в роли Гамлета в домашнем спектакле, Боблово, 1898 г.
Любовь Менделеева в роли Офелии и Александр Блок в роли Гамлета в домашнем спектакле, Боблово, 1898 г.
Вхожу я в темные храмы,
Совершаю бедный обряд.
Там жду я Прекрасной Дамы
В мерцаньи красных лампад.

В тени у высокой колонны
Дрожу от скрипа дверей.
А в лицо мне глядит, озаренный,
Только образ, лишь сон о Ней.

О, я привык к этим ризам
Величавой Вечной Жены!
Высоко бегут по карнизам
Улыбки, сказки и сны.

О, Святая, как ласковы свечи,
Как отрадны Твои черты!
Мне не слышны ни вздохи, ни речи,
Но я верю: Милая — Ты.
(25 октября 1902)

2. Фабрика

«Александр Блок» (рисунок Ильи Глазунова)
«Александр Блок» (рисунок Ильи Глазунова)
В соседнем доме окна жолты.
По вечерам — по вечерам
Скрипят задумчивые болты,
Подходят люди к воротам.

И глухо заперты ворота,
А на стене — а на стене
Недвижный кто-то, черный кто-то
Людей считает в тишине.

Я слышу всё с моей вершины:
Он медным голосом зовет
Согнуть измученные спины
Внизу собравшийся народ.

Они войдут и разбредутся,
Навалят на спины кули.
И в жолтых окнах засмеются,
Что этих нищих провели.
(24 ноября 1903)

3. Девушка пела в церковном хоре...

Илья Глазунов «Вера»
Илья Глазунов «Вера»
Девушка пела в церковном хоре
О всех усталых в чужом краю,
О всех кораблях, ушедших в море,
О всех, забывших радость свою.

Так пел её голос, летящий в купол,
И луч сиял на белом плече,
И каждый из мрака смотрел и слушал,
Как белое платье пело в луче.

И всем казалось, что радость будет,
Что в тихой заводи все корабли,
Что на чужбине усталые люди
Светлую жизнь себе обрели.

И голос был сладок, и луч был тонок,
И только высоко, у царских врат,
Причастный тайнам, — плакал ребёнок
О том, что никто не придёт назад.
(Август 1905 года)

4. Незнакомка

Илья Глазунов «Незнакомка»
Илья Глазунов «Незнакомка»
По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали, над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины,
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный,
Бессмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирён и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!» кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.
(24 апреля 1906. Озерки)

5. О, весна без конца и без краю...

Александр Блок в 1907 году (фото Д. Здобнова)
Александр Блок в 1907 году (фото Д. Здобнова)
О, весна без конца и без краю —
Без конца и без краю мечта!
Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!
И приветствую звоном щита!

Принимаю тебя, неудача,
И удача, тебе мой привет!
В заколдованной области плача,
В тайне смеха — позорного нет!

Принимаю бессонные споры,
Утро в завесах темных окна,
Чтоб мои воспаленные взоры
Раздражала, пьянила весна!

Принимаю пустынные веси!
И колодцы земных городов!
Осветленный простор поднебесий
И томления рабьих трудов!

И встречаю тебя у порога —
С буйным ветром в змеиных кудрях,
С неразгаданным именем бога
На холодных и сжатых губах…

Перед этой враждующей встречей
Никогда я не брошу щита…
Никогда не откроешь ты плечи…
Но над нами — хмельная мечта!

И смотрю, и вражду измеряю,
Ненавидя, кляня и любя:
За мученья, за гибель — я знаю —
Всё равно: принимаю тебя!
(24 октября 1907)

6. Россия

Александр Блок «Россия» (иллюстрация Илья Глазунова)
Александр Блок «Россия» (иллюстрация Илья Глазунова)
Опять, как в годы золотые,
Три стертых треплются шлеи,
И вязнут спицы росписные
В расхлябанные колеи…

Россия, нищая Россия,
Мне избы серые твои,
Твои мне песни ветровые —
Как слезы первые любви!

Тебя жалеть я не умею
И крест свой бережно несу…
Какому хочешь чародею
Отдай разбойную красу!

Пускай заманит и обманет, —
Не пропадешь, не сгинешь ты,
И лишь забота затуманит
Твои прекрасные черты…

Ну что ж,
Одной заботой боле —
Одной слезой река шумней,
А ты всё та же — лес, да поле,
Да плат узорный до бровей…

И невозможное возможно,
Дорога долгая легка,
Когда блеснет в дали дорожной
Мгновенный взор из-под платка,
Когда звенит тоской острожной
Глухая песня ямщика!..
(18 октября 1908)

7. О доблестях, о подвигах, о славе…

Иллюстрация Ильи Глазунова
Иллюстрация Ильи Глазунова
О доблестях, о подвигах, о славе
Я забывал на горестной земле,
Когда твое лицо в простой оправе
Передо мной сияло на столе.

Но час настал, и ты ушла из дому.
Я бросил в ночь заветное кольцо.
Ты отдала свою судьбу другому,
И я забыл прекрасное лицо.

Летели дни, крутясь проклятым роем…
Вино и страсть терзали жизнь мою…
И вспомнил я тебя пред аналоем,
И звал тебя, как молодость свою…

Я звал тебя, но ты не оглянулась,
Я слезы лил, но ты не снизошла.
Ты в синий плащ печально завернулась,
В сырую ночь ты из дому ушла.

Не знаю, где приют своей гордыне
Ты, милая, ты, нежная, нашла…
Я крепко сплю, мне снится плащ твой синий,
В котором ты в сырую ночь ушла…

Уж не мечтать о нежности, о славе,
Всё миновалось, молодость прошла!
Твое лицо в его простой оправе
Своей рукой убрал я со стола.
(30 декабря 1908)

8. На железной дороге

Александр Блок «Железная дорога» (иллюстрация Илья Глазунова)
Александр Блок «Железная дорога» (иллюстрация Илья Глазунова)
Под насыпью, во рву некошенном,
Лежит и смотрит, как живая,
В цветном платке, на косы брошенном,
Красивая и молодая.

Бывало, шла походкой чинною
На шум и свист за ближним лесом.
Всю обойдя платформу длинную,
Ждала, волнуясь, под навесом.

Три ярких глаза набегающих —
Нежней румянец, круче локон:
Быть может, кто из проезжающих
Посмотрит пристальней из окон…

Вагоны шли привычной линией,
Подрагивали и скрипели;
Молчали желтые и синие;
В зеленых плакали и пели.

Вставали сонные за стеклами
И обводили ровным взглядом
Платформу, сад с кустами блёклыми,
Ее, жандарма с нею рядом…

Лишь раз гусар, рукой небрежною
Облокотясь на бархат алый,
Скользнул по ней улыбкой нежною…
Скользнул — и поезд в даль умчало.

Так мчалась юность бесполезная,
В пустых мечтах изнемогая…
Тоска дорожная, железная
Свистела, сердце разрывая…

Да что? — давно уж сердце вынуто!
Так много отдано поклонов,
Так много жадных взоров кинуто
В пустынные глаза вагонов…

Не подходите к ней с вопросами,
Вам всё равно, а ей — довольно:
Любовью, грязью иль колесами
Она раздавлена — всё больно.
(14 июня 1910)

9. Ночь, улица, фонарь, аптека...

Ночь, улица, фонарь, аптека,
Бессмысленный и тусклый свет.
Живи еще хоть четверть века —
Всё будет так. Исхода нет.

Умрешь — начнешь опять сначала
И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.
(10 октября 1912)

10. Скифы

Александр Блок, 1920 г.
Александр Блок, 1920 г.
Мильоны — вас. Нас — тьмы, и тьмы, и тьмы.
       Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, Скифы — мы! Да, азиаты — мы, —
       С раскосыми и жадными очами!

Для вас — века, для нас — единый час.
       Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас —
       Монголов и Европы!

Века, века ваш старый горн ковал
       И заглушал грома лавины,
И дикой сказкой был для вас провал
       И Лиссабона и Мессины!

Вы сотни лет глядели на Восток,
       Копя и плавя наши перлы,
И вы, глумясь, считали только срок,
       Когда наставить пушек жерла!

Вот — срок настал. Крылами бьет беда,
       И каждый день обиды множит,
И день придет — не будет и следа
       От ваших Пестумов, быть может!

О, старый мир! Пока ты не погиб,
       Пока томишься мукой сладкой,
Остановись, премудрый, как Эдип,
       Пред Сфинксом с древнею загадкой!..

Россия — Сфинкс. Ликуя и скорбя,
       И обливаясь черной кровью,
Она глядит, глядит, глядит в тебя,
       И с ненавистью, и с любовью!..

Да, так любить, как любит наша кровь,
       Никто из вас давно не любит!
Забыли вы, что в мире есть любовь,
       Которая и жжет, и губит!

Мы любим все — и жар холодных числ,
       И дар божественных видений,
Нам внятно все — и острый галльский смысл,
       И сумрачный германский гений...

Мы помним все — парижских улиц ад,
       И венецьянские прохлады,
Лимонных рощ далекий аромат,
       И Кельна дымные громады...

Мы любим плоть — и вкус ее, и цвет,
       И душный, смертный плоти запах...
Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет
       В тяжелых, нежных наших лапах?

Привыкли мы, хватая под уздцы
       Играющих коней ретивых,
Ломать коням тяжелые крестцы,
       И усмирять рабынь строптивых...

Придите к нам! От ужасов войны
       Придите в мирные объятья!
Пока не поздно — старый меч в ножны,
       Товарищи! Мы станем — братья!

А если нет, — нам нечего терять,
       И нам доступно вероломство!
Века, века — вас будет проклинать
       Больное, позднее потомство!

Мы широко по дебрям и лесам
       Перед Европою пригожей
Расступимся! Мы обернемся к вам
       Своею азиатской рожей!

Идите все, идите на Урал!
       Мы очищаем место бою
Стальных машин, где дышит интеграл,
       С монгольской дикою ордою!

Но сами мы — отныне — вам — не щит,
       Отныне в бой не вступим сами!
Мы поглядим, как смертный бой кипит,
       Своими узкими глазами!

Не сдвинемся, когда свирепый Гунн
       В карманах трупов будет шарить,
Жечь города, и в церковь гнать табун,
       И мясо белых братьев жарить!..

В последний раз — опомнись, старый мир!
       На братский пир труда и мира,
В последний раз — на светлый братский пир
       Сзывает варварская лира!
(30 января 1918)

А какие стихи учили в школе вы? И какие стихи Блока любите? (или не любите)

#блогерскаяосень 

Learnoff в: Одноклассниках, ВКонтакте, Instagram, Telegram, ЯндексДзен, Наш сайт

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic
lj_frank_bot
Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: История, Литература.
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
lacr1ma
Ночь. Улица. Фонарь... - точно учили :)

Творчество Блока люблю.

Я и молод, и свеж, и влюблен,
Я в тревоге, в тоске и в мольбе,
Зеленею, таинственный клен,
Неизменно склоненный к тебе.
Теплый ветер пройдет по листам —
Задрожат от молитвы стволы,
На лице, обращенном к звездам,-
Ароматные слезы хвалы.
Ты придешь под широкий шатер
В эти бледные сонные дни
Заглядеться на милый убор,
Размечтаться в зеленой тени.
Ты одна, влюблена и со мной,
Нашепчу я таинственный сон.
И до ночи — с тоскою, с тобой,
Я с тобой, зеленеющий клен.
learnoff
Да, и многие выбирали поменьше стихи)

А я "балдела" от цикла "Снежная маска", который в школе не проходят совсем, только в вузе. Даже эпигонила что-то (вспоминать страшно)).

Снежная мгла взвилась.
Легли сугробы кругом.

Да. Я с тобой незнаком.
Ты - стихов моих пленная вязь.

И, тайно сплетая вязь,
Нити снежные тку и плету.

Ты не первая мне предалась
На темном мосту.

Здесь - электрический свет.
Там - пустота морей,
И скована льдами злая вода.

Я не открою тебе дверей.
Нет.
Никогда.

И снежные брызги влача за собой,
Мы летим в миллионы бездн...
Ты смотришь всё той же пленной душой
В купол всё тот же - звездный...

И смотришь в печали,
И снег синей...
Темные дали,
И блистательный бег саней...

И когда со мной встречаются
Неизбежные глаза, -

Глуби снежные вскрываются,
Приближаются уста...

Вышина. Глубина. Снеговая тишь.
И ты молчишь.
И в душе твоей безнадежной
Та же легкая, пленная грусть.

О, стихи зимы среброснежной!
Я читаю вас наизусть.




mevamevo
Блок в целом приятен и интересен, но всё же не Гумилёв, не Гумилёв... :)

А в уже далёком 2004 году меня даже отметили чем-то вроде "почётной грамоты" на одном из литературных конкурсов за перевод "Незнакомки" на эсперанто. :)
learnoff
Гумилев, конечно, но Блок все-таки ближе к пророкам, если можно так выразиться. Если вам не трудно и если вы не против, не приведете ваш перевод?
mavka1961
из всех школьных поэтов больше всего мне созвучен именно Блок...
Мне страшно с Тобой встречаться,
страшнее - Тебя не встречать.
Я стал всему удивляться,
на всём уловил печать.
...А хмурое небо низко,
закрыло и самый храм.
Я знаю: Ты здесь, ты близко!
Тебя здесь нет...Ты - там.
помню многие его стихи наизусть уже больше сорока лет:)
learnoff
Спасибо! Это прекрасно!

Тоже выбираю Блока из всех, я бы уточнила, классических школьных поэтов. Сейчас же в программу входят и Бродский, и Высоцкий, и Евтушенко, и далее, почти до нашего времени - тут уже сложнее выбрать.
gubarevan
Это каких лет подборка?
Честно говоря, из школьной программы (мне так кажется, как говорил товарищ Райкин) помню только "Скифов", "Двенадцать" и аптеку с фонарём. Но к тому времени прочёл всё, что было в юношеской и общей библиотеке. Шеститомник с иллюстрациями Глазунова папе достался когда я уже учился в институте
learnoff
Наших лет подборка. Обычной средней школы список. Классика незыблема же. Вот, например, ходовой учительский список: https://www.vyatsu.ru/uploads/file/1407/spisok_stikhov_dlya_zauchivania_naizust_11_klas.pdf

В гуманитарных классах добавляются, конечно, отдельные стихи из разных сборников вроде "Фаины", "Снежной маски", "Кармен", что-то из драматургии, отрывки из "Возмездия" и, может, что-то еще.

Да, глазуновские иллюстрации - лучшие.
learnoff
Глазунов очень много иллюстрировал именно Блока. У него были свои, довольно сложные и противоречивые, духовные отношения с блоковским творчеством и биографией.
britva_
Ночь, улица, фонарь, аптека - это у нас, каждый день дети идут через этот каменный мост в школу, не подозревая о его литературной и метафизической историчности. По прежнему на месте и мост, и канал, и аптека на втором этаже и даже мёртвенно-желтые фонари.